Идеальные  - Каролина Бринкманн

Ларк вскочил с места, но Шторми его удержала.

– Если у нее получится. Если она вернется в Серый округ, ты должен предупредить ее. Пожалуйста! – умоляла Шторми. – Ей нельзя оставаться здесь. Ни в коем случае.

– Она не будет меня слушать.

– Ты должен постараться ее убедить. – Шторми схватила его сильнее, но он высвободился из ее хватки. – Ты перед нами виноват, – крикнула она ему вслед.

– Ларк!

Он пробрался сквозь заросли и вышел на маленькую тропинку. Роза бросилась к нему. Ее лицо было бледнее, чем обычно. Ее грудная клетка вздымалась и опускалась, когда девочка пыталась отдышаться.

– Что случилось, Роза? – Его сердце билось очень быстро, и казалось, что оно вот-вот выпрыгнет из груди.

Девочка пыталась подобрать слова.

Ее глаза были опухшими, и всё новые слезы текли по ее щекам.

– Роза? – взволнованно спросил Ларк. – Что с тобой?

– Ты должен пойти со мной. Быстро.

Все у него внутри сжалось, и его тошнило.

– Что? – он с трудом выдавливал из себя слова.

– Произошел взрыв, – прохрипела Роза.

– Взрыв?

– В школе. Дроны падали с неба и взрывались.

Ларк поднял на руки свою сестру и побежал к школе. Он не мог ясно мыслить, потому что в его голове стоял громкий шум.

– Я думаю, – прошептала Роза ему на ухо.

– Что?

– Хейл.

– Что с ней? – сердце Ларка застучало еще быстрее.

– Я думаю, она была там.

Это был день, когда в Серый округ поступил ответный удар. Авентин выпустил дроны со взрывчаткой над округом и направил их на дома, в которых, по их мнению, скрывались организаторы террористического акта в столице.

Один из дронов взорвался недалеко от школы. Этот взрыв унес жизни не только предполагаемых мятежников, но и четырех детей.

Рейна сидела на диване с Кассиопеем и смотрела на улицы Авентина, которые нисколько не изменились. Просто часовых стало больше.

В ТехДеке показывали или ее отца, или странные развлекательные шоу, что казалось парадоксальным с учетом сложившейся ситуации. Каждый раз, когда она их видела, в ней просыпалась невероятная потребность вымещать свою злость на экране. Поэтому она выключала его, чтобы не громить свою мебель в очередной раз.

– Принцесса Райана? – По голосу своего представителя она уже понимала, что что-то произошло.

Она повернулась к нему и обнаружила, что Бишоп пришел не один. Рядом с ним стоял Тракс.

Со дня взрыва к ней никто не приходил. Ее представитель, Найф и Джи были единственными людьми, кого она видела и чье присутствие ее не так сильно раздражало.

– Что произошло? – спросила Рейна, пытаясь найти ответ в глазах своих посетителей.

– Сама посмотри.

Она догадывалась, что новости будут плохими, но не думала, что настолько.

Ее руки дрожали, когда представитель надел на нее ТехОчки, чтобы показать кадры с места происшествия. Кадры, которые она никогда не забудет. Кадры дронов со взрывчаткой, которые авентинцы назвали БомБотами.

Они обрушились на Серый округ, оставляя за собой опустошающий след.

– Это ужасно, – огорченно сказал Бишоп. – Просто ужасно.

Рейна не знала, что сказать. Сказать «ужасно» было бы преуменьшением для описания произошедшего. Кто был жертвами? Кто-то, кого она знала? Она почувствовала, как ее горло начало гореть и в глазах застыли слезы, которые она раздраженно смахнула прочь.

– Нам нужна твоя помощь, – заговорил Тракс.

Он тоже пострадал во время взрыва. Его лицо и руки были покрыты ссадинами, а на его правом ухе была повязка.

– Ситуация вышла из-под контроля, и Серый округ обвиняют во всех бедах. Но ты же знаешь, что повстанцы живут не только в нашем округе.

– Конечно, все это знают, – подтвердил Бишоп, проводя рукой по своим темным волосам. – Но гораздо проще обвинять нелюбимые округа во всем происходящем. А в своем не замечать.

– Там живут и ни в чем не повинные люди. – Глаза Тракса выглядели усталыми, будто он не спал последние несколько ночей.

– Никто не хочет выяснять, кто и в чем виноват. Это слишком сложно. Люди хотят мести, – горько сказал Бишоп.

– Принцесса Райана, мы должны что-то сделать для того, чтобы этой войны, которую твой отец хочет вести любой ценой, не было.

– Что я могу с этим сделать? – спросила Рейна, снимая очки. – Я даже выбраться отсюда не могу, – она указала на лифт, у которого стояли часовые.

Она снова была маленькой птичкой, запертой в золотой клетке и лишенной крыльев, готовой вырваться и сделать что-то более действенное после ее нелепой попытки – ее наряда, который ни на что не повлиял.

Бишоп и Тракс смотрели на нее, а потом уселись на диван к Рейне, заговорщически наклонив к ней головы.

– Ты наша единственная надежда, – прошептал Тракс.

Чертовски отчаявшаяся надежда.

Она несколько дней пыталась придумать план, чтобы избавиться от этих мученических смертей, беспомощности и одиночества. Но она не нашла выхода из этой ситуации.

– Вы говорили с Амигдалой? – спросила Рейна. – Кажется, она может помочь больше, чем я.

– Я не осмелюсь, – вздохнул Тракс. – Твой отец подаст иск против нее, чтобы лишить ее всей возможной власти. Это приведет к голосованию, а если против нее проголосуют остальные Благословенные, она лишится права голоса. Очевидно, что графы Рубинового, Серебряного и Желтого округов поддержат твоего отца. Белая Жемчужина еще не решилась, но, скорее всего, тоже окажется на его стороне. Граф Зеленого округа погиб, и поэтому регион не сможет принять участие в голосовании. Лазурный берег проголосует против него. Питч, скорее всего, воздержится. Если твой отец победит, Серый округ останется без графини, и он сможет сам решать, что с ним будет. Это значит, там наступит война. Они сровняют Серый округ с землей.

– А Амигдала?

– Она потеряла боевой дух после смерти дочери. Ни разу не появлялась на экране с того момента.

– А как я смогу помочь? – спросила Рейна, и ее представитель скривил губы в коварной усмешке.

Конечно. У Бишопа уже есть план. «Что ты опять затеял?» — спрашивал внутренний голос.

– Ты должна его предупредить. Если он выдвинет вотум недоверия против Амигдалы, ты сама сможешь выдвинуть свою кандидатуру на пост графини Серого округа. В этом случае граф сменится, но не будет выведен из строя. Это единственный шанс на сохранение мира в нашей стране.

Во рту Рейны разлилась кислота.

– Я не уверена, что подхожу для этого, – заикаясь, сказала она.